.

 

«Больше всего в жизни я не люблю беспорядок. Но если мою требовательность к себе и подчиненным на службе понимают и ценят, то этого не скажешь о семье. Свои вещи, например, я никогда не брошу где попало, посуду после себя я приучен мыть с детства, пройти мимо полуоткрытого шкафа я тоже не смогу. Жена же привыкла бросать халат на кровать, тапочки — посередине прихожей, а бигуди собирает по всей квартире».


«…А то ведь чуть не до развода дело дошло. Муж хочет по телевизору одно смотреть, я — другое. Слово за слово — и очередной конфликт. Спасибо, родители помогли, купили нам в подарок переносной телевизор. Теперь в доме мир».
«Перед каждой субботой меня охватывает тоска и злость. Жена с тещей с самого раннего утра начинают уборку квартиры. Невольно поднимаюсь и я и начинаю помогать. И так почти весь день. Друзья завидуют порядку и чистоте у меня дома. Знали бы они, чего мне это стоит… Ведь даже в кино мы не ходили года два, если не больше…»
«Семьей своей я доволен. Как-то сразу мы с женой нашли общий язык и семейные вопросы решаем сообща… Но с тех пор, как родители жены ушли на пенсию, я все больше волнуюсь за наш брак. И хотя они не так часто нас посещают, после их визитов в доме нет мира несколько дней… У тестя просто мания переставлять мебель….»
«Мы поженились всего полтора года назад и не прожили ни одного дня без ссор. Вот и сейчас уже 4 дня муж со мной не разговаривает… А что будет дальше?
Можно ли представить себе семейную жизнь вообще без конфликтов, без ссор? Вероятно, за исключением редчайших случаев фиктивного брака, когда человеку глубоко безразлично, кто и какой у него супруг, бесконфликтных семей в действительности не бывает. А вот счастливых, благополучных браков, продолжавшихся и 30 и 50 лет, довольно много.
Наблюдается четкая зависимость — чем больше количество прожитых вместе лет, тем меньше конфликтов. Почему так происходит? Вот, например, как объясняют это демографы А. Г. Харчев и М. С. Мацковский: «Можно предположить, что при формировании каждой новой семьи происходит взаимодействие (не исключающее противоречий) и взаимоадаптация двух семейных субкультур, к которым принадлежат будущие муж и жена. Исходя из предыдущего опыта, ценностных ориентаций, образцов поведения в родительской семье и т. д., каждый из супругов имеет собственные представления о необходимом и желательном для себя ролевом поведении (мужа и отца, с одной стороны, жены и матери — с другой) и, кроме того, имеет относительно устойчивые ролевые ожидания по поводу выполнения той или иной роли другим супругом».
Короче говоря, двое чужих людей, решив соединить судьбы, приходят в семью каждый со своим «багажом», и необходимы определенные усилия и время, чтобы из двух «моих» стал один, общий «наш». Лишь после того, как это достигнуто, число ссор и конфликтов во многих семьях резко идет на убыль или они вовсе исчезают. В ряде же семей этого не наблюдается. Наоборот, проходит влюбленность (иногда и любовь), уменьшается чувство взаимного уважения (выяснились более или менее непривлекательные стороны, черты, детали), а взаимоадаптации, «притирания» характеров так и не произошло. И число ссор увеличивается, острота их усиливается, ранящее душу воздействие повышается.
Из-за чего же бывают конфликты в этот период? А. И. Кочетов называет семь основных причин, перечисляя их в соответствии с частотой встречаемости:
нарушение этики супружеских отношений (измена, ревность);
биологическая несовместимость;
неправильные взаимоотношения супругов (одного из них) с окружающими их людьми — родственниками, знакомыми, сослуживцами и т. д.;
несовместимость интересов и потребностей;
различные педагогические позиции по отношению к ребенку;
наличие личностных недостатков или отрицательных качеств у одного, а подчас и у обоих супругов;
отсутствие взаимопонимания между родителями и детьми.
Надо ли знать эти причины? Имеет ли значение, из-за чего разгорелся сыр-бор? Видимо, да. Но гораздо важнее научиться правильному поведению во время любого конфликта, по какому бы поводу он ни вспыхнул. Поэтому прежде всего поговорим о стратегии ведения семейного спора.
По-видимому, первым условием ведения культурного спора двух любящих друг друга супругов должно быть — не добиваться победы. Звучит, прямо скажем, неожиданно — для чего же тогда спорить, ссориться, если не для того, чтобы доказать свою правоту? И в этом самая грубая, самая серьезная ошибка. Необходимо помнить — твоя победа — это поражение второго супруга, поражение любимого тобой человека. А так ли уж сладко добиться победы над любимым? И потом, побежденный — член той же семьи, следовательно, любая победа одного есть поражение семьи в целом.
Гораздо ценнее, дороже, благоприятнее для семьи, для обоих супругов будет изменение цели в конфликте, в споре — не доказать свою правоту, а обсудить объективно, из-за чего возникло разногласие.
В дальнейшем мы не будем определять степень важности условий, но пока считаем необходимым на второе место поставить такое — уважение супруга, какая бы, по вашему мнению, вина на нем ни лежала. Даже в минуты, когда вас душит обида, ревность, злость, надо помнить — ведь это он (или она) еще недавно был самым дорогим для вас человеком.
В старых русских интеллигентных семьях существовал обычай — при ссорах, конфликтах супруги переходили от родственного «ты» к холодно-официальному «вы». И кто может сказать, от скольких бед и разводов спасло это «вы». Потому что оно сохраняло чувство собственного достоинства и не унижало достоинство другого человека. И если выяснялось, что причина ссоры не стоит выеденного яйца (а таких ссор, особенно в молодых семьях, большинство), то было просто вернуться к нормальным взаимоотношениям.
Наконец, третье важнейшее условие мирного завершения семейной ссоры — не помнить о ней. Специалисты, изучающие психологию семейных отношений, утверждают — чем скорее забывается плохое, тем благополучнее, счастливее оказывается семья. По их мнению, категорически запрещается упоминание о тех причинах, побудивших ссору, которые уже разобраны. Надо взять за правило — какова бы ни была обида, нанесенная одним супругом другому, но если конфликт состоялся, отношения выяснены и наступило примирение, забыть о ней навсегда.
Нет ничего более опасного для благополучия семьи, чем накопление обид, «грехов», ошибок и т. д. Во-первых, они в буквальном смысле слова засоряют душу, вытесняют из нее то хорошее, что там уже было. Во-вторых, они заставляют и второго супруга заниматься коллекционированием промахов, от которых, естественно, никто не застрахован.
Нельзя и затаивать обиду — чем раньше вы прореагировали на нее, тем меньше успело напластоваться на нее всяких привходящих моментов, тем безболезненней окажется операция по ее ликвидации. Правда, здесь необходимо помнить вот о чем: вам нанесена обида, вы готовы сказать все, что думаете, но у второго супруга именно сегодня — день рождения или радостное событие на работе. Имейте в виду, в такой ситуации конфликт будет воспринят в 2–3 раза острее. А может быть, стоит как исключение эту обиду и простить.
Одним из условий благоприятного разрешения ссор и конфликтов специалисты называют и способность человека честно спросить у самого себя (а главное, честно ответить самому себе), что же на самом деле тебя волнует. И тогда выяснится, что пересоленный суп, плохо выглаженная рубашка или позднее возвращение с рыбалки — только ничтожный повод для раздражения, а настоящая причина ни малейшего отношения ко второму супругу не имеет. Просто произошла неприятная стычка в переполненном троллейбусе, состоялся трудный разговор с начальством или принес из школы «двойку» сын-пятиклассник.
На востоке, среди бесчисленных притчей о Ходже Насреддине есть и такая: проезжая через одну из деревень, услыхал он громкую перебранку супругов. Соседи пояснили — скоро месяц, как ссорятся, запустили детей и хозяйство, сами от голода почернели. Ходжа вызвал на улицу хозяина и что-то прошептал ему на ухо. Тот согласно кивнул головой. Затем пошептался с хозяйкой. И та, улыбнувшись, приняла совет. Ходжа уехал, а супруги горячо взялись наводить порядок в запущенном хозяйстве. Что же сказал мудрец? Оказывается, одно и то же. «Я знаю, — сказал он, — что ты бесспорно прав. Но ты ведь умный человек и понимаешь, что переубедить глупого невозможно. Так уступи ему!»
Поймите правильно. Есть вещи, прощать которые нельзя, есть принципы, уступать в которых — значит, отказываться от собственного «я». Но слишком ли часто о столь высоких материях идет речь? Ведь, как правило, конфликтуем мы из-за мелочей, которые и самим нам назавтра кажутся смешными. Но ведем-то «бой» по всем правилам боевого искусства, «бьем из тяжелых орудий» не только по «площадям», но и стараемся попасть в самую больную точку.
Часто молодые супруги проявляют неуместный максимализм. «Если ты еще раз оставишь здесь газеты, значит, совсем меня не любишь…», — заявляет жена. Ну разве можно сопоставить привычку оставлять газеты на журнальном столике (так было в семье мужа) и любовь? К сожалению, их иногда сопоставляют. А в результате на этом мелком, рожденном от непонимания значения привычки, конфликте нагромождается такое количество обид и недомолвок, что подается заявление в загс или суд, где в графе «причина развода» твердо выведено: «не сошлись характерами». А пробовали ли сходиться? Пробовали ли характеры чуть-чуть обуздать, что-то в себе исправить, пытались ли искать компромисс? Скорее всего нет.
В последнее время и в жизни и в печати все чаще поднимается вопрос о том, кого можно считать культурным человеком. Одни утверждают — лишь того, кто не употребляет алкогольных напитков и не курит; другие одним из главных критериев культуры считают отношение к природе (имеется в виду, что у культурного человека оно бережное); третьи на первый план выставляют отношение к старине, к истории народа. Появляются статьи, в которых уровень культуры авторы призывают устанавливать даже по диагнозу, вписанному в бюллетень: если грипп или другое ОРЗ— некультурный.
Но если у всех этих авторов в определении культуры явно просматривается, так сказать, «ведомственный» подход, то в части, касающейся характеристики некультурности, они, как правило, солидарны. Прошло время, когда об уровне культуры можно было судить по тому, моется ли человек регулярно в бане и ходит ли он в театр. Сегодня требования значительно возросли. Среди них и необходимость отказаться от аморальных привычек, подрывающих здоровье, — от алкоголя и курения; и необходимость изучать, любить и беречь свое прошлое; и необходимость бережного отношения к природе; и необходимость активного занятия культурой физической… Ко всему этому мы добавим и свое требование — необходимость при любых семейных конфликтах сохранять такт, держать себя «в узде».
Возможно ли подобное? Вполне — утверждают ученые, хотя и признают, что добиться этого подчас трудно. Вспышки гнева, ярости, по интенсивности во много раз превышающие причины, их породившие, иногда позволяют себе и мужчины, хотя более типичны они для женщин. Внешне это выглядит, как помешательство, и создается впечатление — человек настолько вышел из себя, что не понимает, что творит. И вдруг — телефонный звонок или звонок в дверь… За одну-две секунды наступает успокоение — и голос не дрожит, и дыхание ровное.
Что это? Притворство? Настоящее помешательство? Это истерический приступ, припадок, который далеко не всегда подвластен волевому контролю. Опасность его в том, что в момент истерического приступа могут предприниматься попытки лишения жизни (ребенка, мужа, а чаще себя), нанесения серьезной травмы, отравления и т. д. Понятно, что в таких ситуациях приходится забывать о многих условностях культурного разговора. Мгновенное же прекращение его под воздействием ряда факторов действительно возможно, поскольку при истерии остаются незатронутые раздражением центры в коре головного мозга, которые способны «выключить» возбуждение. Другое дело, что не всегда такие факторы оказываются в наличии.
Итак, с одной стороны, истерия не есть аффект, но с другой — это и не норма, а потому подлежит лечению.
Бесспорно, положительную роль играют попытки самой женщины проанализировать случившееся, самокритично отнестись к собственному поведению. Но практически не дают желаемого результата усилия мужа, детей, родителей «не раздражать» жену, «не выводить» ее из равновесия путем создания искусственного климата умиротворения, атмосферы «сглаживания» углов. Поскольку к истерии склонны в основном натуры особо чувствительные, фальшь в поведении они улавливают чрезвычайно тонко и раздражаются еще больше.
Одной из грубейших ошибок супругов является неумение делать друг другу замечания. Наиболее характерно это для женщин, которые не только не задумываются над их формой («У тебя что, платка нет?»; «Не показывай пальцем, невежа»; «Ну кто так выражается, ты что, русского языка не знаешь?»; «Помолчи, не твоего ума дело» и т. п.), но и позволяют себе замечания, унижающие достоинство человека, в присутствии посторонних и даже детей.
Сотрудники Центра по изучению проблем народонаселения МГУ опросили несколько сотен женщин с целью выяснить степень тактичности отношения жены к мужу. Среди многих других был и такой вопрос: «Как часто случается вам критиковать мужа при посторонних, знакомых, родственниках, детях?» Сотрудник этого Центра В. Сысенко в отчете об исследовании пишет: «Анализ ответов наводит на грустные размышления. Только 31 % женщин ответили, что они не критикуют мужа при людях. Остальные же 69 % ответили на вопрос утвердительно, при этом 13,3 % жен заявили, что делают это часто и очень часто». Далее Сысенко комментирует: «Хочу напомнить, что психологическая и этическая культура семьи требует, чтобы критические замечания, даже если они справедливы, были высказаны с глазу на глаз, и уж никак не при детях. К тому же постоянная резкая критика одного супруга другим ведет к психологическому дискомфорту, к эмоциональным срывам, конфликтам, а значит, и к отчуждению, ибо затрудняет семейную кооперацию, разрушает супружеский контакт. В этом случае дом стоит на пороховой бочке, готовой в любую минуту разнести его в щепки».
Несколько особняком в проблеме супружеских конфликтов стоит ревность. Сегодня большинство специалистов оспаривают утверждение Ф. Энгельса, который в книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства» написал: «А то, что ревность — чувство, развившееся относительно поздно, можно считать твердо установленным» (Маркс К., Энгельс Ф.//Соч. — 2-е изд. —Т.6. —С. 121). Ревность, следующая за любовью как тень, вероятнее всего, родилась одновременно с любовью. И, на чем сходятся не только поэты, но и ученые, ревности без любви, по-видимому, не бывает.
В принципе нам важно не столько выяснить возраст ревности, сколько обсудить ее влияние на гармонию брачных отношений, и, насколько это будет в наших силах, помочь ревнивцам если не избавиться от этого чувства, то по крайней мере вести себя более благоразумно.
Нельзя также согласиться и со словами Э. Асадова: «Ревнуют там, где потерять страшатся». Наблюдения и опросы показывают, что даже в самом начале совместной жизни, когда боязнь потерять любимую (любимого) практически равна нулю, ревность уже оказывает существенное влияние на формирование семейных отношений.
Психологи с помощью специальных тестов делят всех людей по их способности испытывать ревность на несколько разновеликих категорий. Одна из них, на одном полюсе, объединяет людей почти не ревнующих, другая, на другом полюсе, — тех, у кого ревность проявляется в патологических размерах. Ну, а несколько категорий между ними и считаются практически нормой. Правда, как и любовь, ревность изменяется под влиянием различных причин и возраста. В частности, как отмечает В. И. Зацепин, «есть люди, которые и до вступления в брак были в высшей степени ревнивыми. Но почти у всех «степень ревности» после вступления в законный брак повышается». Далее он пишет: «Вообще-то, любая страсть, не признавая меры, нередко влечет за собой пагубные последствия и за это часто осуждается людьми (особенно теми, которые никогда не испытывали ее). Человеку, который никогда не переживал опасности потерять любимого или любимую, ревность представляется обычно просто непонятным безумством. Только те, кому пришлось испытать на себе это чувство, относятся к ревнивцам с какой-то долей сочувствия».
Специалисты различают ревнивцев не только по количественным показателям («много» ревности или «мало»), но и, так сказать, по качеству проявляемых чувств. При этом также выделяют несколько вариантов, крайними из которых будут тираническая ревность и ревность от ущемленности.
Как пишет Э. Э. Линчевский в своей брошюре «Как быть с ревностью?», тираническая ревность возникает у людей упрямых, деспотичных, самодовольных, мелочных, эмоционально холодных и отчужденных. Такие люди предъявляют окружающим высокие требования, выполнить которые чаще всего бывает не под силу или во всяком случае очень трудно. Мысль о собственной вине для них неприемлема, и всю ответственность за недостаточное (с их точки зрения) внимание к себе они перекладывают на других. Особого труда для них это не представляет: все они мастера заметить соринку в чужом глазу. И вот когда подобный субъект сталкивается с охлаждением сексуального партнера и пытается найти этому объяснение, он легко отыскивает его: конечно же, всему виной партнер, у которого возник посторонний интерес. Тиранический тип ревности — самый мрачный ее вариант. Он делает семейную жизнь адом. И людям со склонностью к такой ревности необходима помощь врача.
Ревность от ущемленности является уделом людей с тревожно-мнительным характером, преувеличивающих свои недостатки, неприятности и опасности, легко впадающих в тоску и отчаяние. Считая себя слабыми, неинтересными, такие люди полагают, что не вправе рассчитывать на хорошее отношение окружающих, но в то же время тяжело переживают свою участь, тяготятся ею. Они настороженно ожидают подтверждения своих опасений, и поэтому малейшее изменение (не только в худшую сторону) к ним отношения моментально ими улавливается и порождает далеко идущие, чаще всего необоснованные выводы. Прозвучит ли в словах партнера чуть меньше (или чуть больше) любви и заботы, покажется ли взгляд недостаточно ласковым или еще как-то «недополучит» такой человек необходимого ему внимания — и тут же возникают сомнения, подозрения.
Одной из разновидностей ревнивцев от ущемленности можно считать людей, которые, защищаясь от собственной беззащитности, напускают на себя вид самоуверенного, решительного и даже жизнерадостного человека. Но это только маска, которая скрывает повышенную ранимость и чувствительность даже к незначительным конфликтам, неизбежным в семейной жизни.
Откуда берется ревность? Специалисты изучили эту сторону проблемы и пришли к выводу, что наиболее частыми можно считать два типа ее возникновения.
Первый тип — так называемая обращенная ревность — есть результат собственных тенденций ревнивца к неверности. При этом не важно, реализовал он свое желание или еще нет. Но если подобное желание появилось, ему кажется, что такие же помыслы присущи и его партнеру. Обычно обращенная ревность развивается на месте угасшей любви или в тех семьях, где ее не было вовсе, поскольку сохраняющаяся любовь редко сочетается с мечтами о других партнерах. По словам Линчевского, этот тип возникновения ревности довольно широко распространен и является следствием «лихо» проведенного времени в командировках, туристском походе, на курорте…
Второй тип — привитая ревность — зарождается под влиянием жизненного опыта. Измены собственных родителей, друзей, сослуживцев, разговоры о супружеской неверности в «узком кругу», иногда книги и кинофильмы способны создать у отдельных людей впечатление, что «все изменяют», что «без измен нельзя прожить» и т. д. Часто источником привитой ревности бывают анекдоты, подтрунивания окружающих или, что еще хуже, сексуального партнера. Почему-то тема половых отношений и супружеской неверности привлекает внимание всех желающих поострить, посплетничать. Но подобные шутки совсем не так безобидны, как кажется на первый взгляд. Даже если у человека они внешне не вызывают никакой реакции, ревность закрадывается в сердце и надолго сохраняется там. И если вдруг когда-нибудь верность партнера окажется под сомнением, былая шутка может склонить чашу весов в сторону вывода об измене и привести к тяжелым последствиям.
Названные типы ревности и варианты ее возникновения в чистом виде, естественно, почти не встречаются. В жизни все гораздо сложнее, причем между крайними точками имеется ряд переходов.
Зачем все это надо знать? Да прежде всего для того, чтобы не спешили ревнивцы с выводами, чтобы могли глубже разобраться в себе, более объективно оценивать себя и свое поведение, чтобы не только внешне, но и внутренне не принимали шуточек и острот, сплетен и клеветы, чтобы учились на чужих ошибках и старались не делать собственных.
Конфликты, возникающие на почве ревности, наиболее болезненные и жестокие, ибо часто затрагивают сексуальную сферу взаимоотношений супругов. Выше мы уже писали, что негативная оценка сексуальных способностей мужа может привести к развитию импотенции. Как указывает известный специалист по психогигиене половой жизни профессор С. С. Либих, «если обвинения в существующих или надуманных грехах (любых) забываются, то сексуальные упреки не забываются никогда».
Труднее всего дать какие-либо рекомендации для решения конфликтных ситуаций в случаях, если один из супругов пьян. При этом независимо от степени опьянения необходимо учитывать следующее. Алкоголь прежде всего поражает самые молодые образования центральной нервной системы — кору больших полушарий. Но именно кора «ответственна» за интеллект, тактичность, способность к сопереживанию. Даже небольшая доза алкоголя, не затронув ни центры равновесия, ни мышечную систему, уже сделала человека упрямым, эгоистичным, слепым… Нет, он, бесспорно, отвечает за свои поступки, слышит, о чем идет разговор. Но воспринимает все чуть-чуть в искаженном виде. Кроме того, пьяному человеку практически нельзя верить.
Зная все это, приходится каждый раз заново решать проблемы — разговаривать или нет, пытаться доказать что-нибудь пьяному или отложить до «трезвого» дня. Конечно, если выпивки редки и трезвых дней больше, можно и отложить. А если соотношение обратное?
Наконец, последнее. Большинство молодых семей не имеют отдельной квартиры, следовательно, волей-неволей в суть ссоры посвящаются и какие-то третьи лица. И даже если у них (чаще всего это родные жены или мужа, реже — посторонние) хватит такта не вмешиваться в разговор, не стать на сторону одного из супругов, то в любом случае составить собственное мнение о каждом из конфликтующих они могут. А затем и высказать это мнение в «подходящий» момент.
Плохо и то и другое. Вмешательство непосредственно во время ссоры приведет к расширению и углублению конфликта, к втягиванию в него новых действующих лиц… Если же родители не вмешались сразу, но высказали свою точку зрения спустя неделю, забытый конфликт может вспыхнуть с новой силой.
И поэтому наше пожелание молодой семье — работайте над собой, занимайтесь аутотренингом, но не позволяйте втягивать в свои ссоры других.
Да, родители слышат. И переживают. И готовы скорее сами поссориться, лишь бы у вас было все хорошо. Но, как правило, это зависит прежде всего от вас. Теперь вы сами должны потрудиться, чтобы семья стала благополучной.
Закончить же эту главу мы хотим отрывком из стихотворения В. Федорова. Оно пронизано мудростью и призывает молодых — не торопитесь решать, не спешите с резкими выводами, будьте дальновидными.

Как в чаше.
В юности тревожной.
Не глядя слишком далеко,
О жизни думается сложно,
А совершается легко.

Комментарии закрыты.

RSS | Комментарии RSS